Парижский интерьер с окном в Россию. Кабинет Бунина

Кабинет в парижской квартире Бунина, просторный и довольно уютный, несмотря на свидетельство Бахраха

Когда случилось небывалое — писатель-эмигрант Иван Бунин, живший в Париже, первым из русских писателей получил Нобелевскую премию — он в одночасье стал богат. Однако он не купил ни приличной квартиры, ни виллы, хотя вполне мог себе это позволить. Вообще довольно быстро Бунин остался ни с чем, раздав деньги другим нуждающимся писателям и вложив их в некий прогоревший проект.

С женой Верой во время «большого» путешествия на Восток, еще во время жизни на родине, 1907 год (справа); Иван Бунин, Париж, 1928 год

С женой Верой во время «большого» путешествия на Восток, еще во время жизни на родине, 1907 год (справа); Иван Бунин, Париж, 1928 год

Многие объясняют это нежелание «осесть» тоской по родине, неверием в то, что эмиграция — это навсегда. Между тем, Бунина звали в Россию, но он остро ненавидел Советы и понимал, что той, его России, уже не будет. Цветаева, которая разделила судьбу многих литераторов-эмигрантов, и жила в Париже в то же время, что и Бунин, очень точно выразила это настроение:

«Той, где на монетах

Молодость моя

Той России — нету.

Как и той меня».

А Бунин писал про свою неприкаянную жизнь на чужбине:

«У зверя есть нора, у птицы есть гнездо.

Как бьется сердце, горестно и громко,

Когда вхожу, крестясь, в чужой наемный дом,

С своей уж ветхою котомкой».

В Париже, 1948 год

В Париже, 1948 год

Несмотря на то, что больше 30 лет — с 1920 года, с момента бегства из советской России, по 1953 год, до самой смерти — Бунин жил во Франции, он продолжал писать о родине. «На чужбине я вспоминал Родину, её поля, деревни, природу. Я не мог писать о другом. Я не мог обрести свою вторую Родину здесь». Несмотря ни на что, в эмиграции Бунин создал свои лучшие произведения, например, «Митина любовь», «Солнечный удар», «Дело корнета Елагина», цикл рассказов «Тёмные аллеи» и «Жизнь Арсеньева», которую Паустовский назвал «одним из замечательнейших явлений мировой литературы».

Все же свое, хотя и скромное жилье, Бунин в Париже имел. С женой Верой Николаевной (урожденной Муромцевой) они владели квартиркой в доме N1 по улице Жака Оффенбаха, где поселились спустя некоторое время после появления во Франции. До этого они скитались по знакомым, родным, по отелям.

Дом на Оффенбаха, где жил Бунин

Дом на Оффенбаха, где жил Бунин

Писатель и критик Александр Бахрах писал об этой квартире в книге «Бунин в халате»: «(Бунин) завел маленькую квартирку в Париже, с грехом пополам обставив ее». И «…я стал «захаживать» к нему на дом, на эту самую неуютную и едва ли не умышленно неприглядную квартиру на улице Оффенбаха, в которой он и скончался 30 лет спустя».

Мемориальная табличка на доме

Мемориальная табличка на доме

Через два десятка лет после смерти писателя его парижский кабинет из квартиры на улице Оффенбаха «переехал» в Орел. В этом городе Бунин прожил несколько лет в молодости, работая в редакции газеты «Оpловский вестник» (детство и отрочество он провел недалеко от Орла — на хутоpе Бутыpки, в Елецком уезде Оpловской губеpнии). Мебель из кабинета Бунина долгое время хранилась в семье писательницы Н.В.Кодрянской в Париже, а в 1973 году она переслала ее в Орел через советское посольство во Франции. Эта мебель и стала сердцем нового музея, который открыли в 1991 году.

Кабинет в парижской квартире Бунина, просторный и довольно уютный, несмотря на свидетельство Бахраха

Кабинет в парижской квартире Бунина, просторный и довольно уютный, несмотря на свидетельство Бахраха

Вообще здесь, в музее, собрана уникальная, самая крупная в России бунинская коллекция, насчитывающая более шести тысяч подлинных вещей Бунина и его семьи: икон, рукописей, писем, документов, книг, личных вещей. Разнообразные предметы обихода семьи Буниных «российского периода» музею передала родственница писателя, а фотографии, автографы и книги, которые принадлежали писателю после того, как он покинул родину, были получены от жены и друзей.

Вот так кабинет выглядит в Орле

Вот так кабинет выглядит в Орле

Само здание музея не имеет к Буниным никакого отношения — это старинный дворянский особняк XIX века. Однако кабинет писателя кропотливо воссоздан по сохранившимся фотографиям парижской его квартиры. Здесь все реконструировано до деталей: камин, лепнина, рисунок обоев. А выглянув в окно мы увидим … парижскую улицу Оффенбаха — на самом деле это рисунок на холсте. Обстановка роскошью не блещет: здесь стоит довольно вместительный письменный стол с ящиками, удобное кресло, скромный столик под пишущую машинку, стул и табакерка с сохранившимся табаком. Эффект присутствия поддерживает аудиозапись стихотворения Бунина «Одиночество», которое исполняет сам автор. а семьи Буниных «российского периода» музею передала родственница писателя, а фотографии, автографы и книги, которые принадлежали писателю после того, как он покинул родину, были получены от жены и друзей.

На письменном столе – сохранившиеся вещи писателя: рукопись рассказа «Старуха», серебряный бювар с монограммой «И.Б.», чернильница и проч.

На письменном столе – сохранившиеся вещи писателя: рукопись рассказа «Старуха», серебряный бювар с монограммой «И.Б.», чернильница и проч.

В 1922 году жена Ивана Алексеевича записала в дневнике, что Ромен Роллан выставил кандидатуру Бунина на получение Нобелевской премии. И, наконец, в 1933 году он все-таки стал лауреатом премии. В день присуждения премии 9 ноября Иван Бунин в «синема» смотрел комедию «Бэби». Вдруг темноту зала прорезал узкий луч фонарика. Это разыскивали Бунина — его вызывали по телефону из Стокгольма. 10 ноября газеты Парижа вышли с крупными заголовками: «Бунин — Нобелевский лауреат», и каждый русский, которых в то время в Париже было огромное число, был горд и счастлив.

В то же время Бунин много жил в Грассе, на вилле «Бельведер» (позже она стала называться «Жаннет»). Ряд произведений, в том числе цикл рассказов «Темные аллеи», Бунин написал в этом городке, притягивавшем его, по словам Бахраха, как «магнит»: «…почти сразу после переселения во Францию Грасс стал для Бунина подлинным магнитом, к которому он неустанно тянулся».

Бунины на вилле «Бельведер» (Иван в кресле, Вера – в окне кабинета)

Бунины на вилле «Бельведер» (Иван в кресле, Вера – в окне кабинета)

Русские скауты в гостях у Бунина в «Бельведере»; с последней любовью, поэтессой Галиной Кузнецовой в Грассе

Русские скауты в гостях у Бунина в «Бельведере»; с последней любовью, поэтессой Галиной Кузнецовой в Грассе

Бунинская вилла «Бельведер» бы разделить судьбу многих домов великих писателей (и не только русских), которые после их смерти продавались посторонним людям. В лучшем случае, на них  можно увидеть мемориальную табличку. Такова участь, к примеру, виллы Ремарка на озере Лаго Маджоре в Швейцарии.

Вилла «Бельведер» в наши дни (пока ее можно фотографировать лишь снаружи, внутрь не пускают)

Вилла «Бельведер» в наши дни (пока ее можно фотографировать лишь снаружи, внутрь не пускают)

Но нашелся один очень преданный поклонник Бунина — основатель института ядерной физики в Бордо, председатель Бунинского общества во Франции, профессор Гавриил Симонов, который дом «спас». Он собрал нужную сумму, продав родительский дом под Парижем и заняв денег, и в 2002 году выкупил виллу у дочери мэра Грасса, чтобы сохранить ее для потомков. На первом этаже он решил устроить музей, а на втором поселился сам с семьей. Дело с музеем продвигается довольно медленно, и он ждет своего часа уже больше полувека. Видимо, подождет еще немного.

Share and Enjoy:
  • Print
  • Digg
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Facebook
  • Yahoo! Buzz
  • Twitter
  • Google Bookmarks