Третья Московская биеннале: возрождение неоклассики?

 

Помимо архитектуры и строительства, на выставке было широко представлено и дизайнерское искусство. Множество экспозиций, посвящённых интерьерному и мебельному дизайну, пользовались у посетителей большой популярностью.

С 23 мая по 3 июня в столице прошла Третья Московская биеннале архитектуры и дизайна. Это событие, далеко выходящее за рамки обычной выставки, является показателем царящих на сегодняшний день трендов в архитектуре Москвы. Именно здесь становится понятно, что призвание архитекторов заключается не только в прикладном строительстве зданий, но имеет ещё и другую, высокую цель — нести в мир прекрасное, поскольку и сама архитектура является искусством.

 

Некоторые экспонаты отличались строгостью и лаконичностью. Это интересно, концептуально и даёт пищу для размышлений, но жить в такой обстановке согласятся далеко не все.

 

Вот это будет понятно уже большему количеству людей: свободно, удобно, уютно и спокойно. А главное — современно, не смотря на то, что прямо по центру комнаты располагается открытый очаг…

Куратор выставки Барт Голдхоорн в своём пригласительном манифесте на главной странице сайта биеннале обозначил главную концепцию выставки как «множественность идентичности». Отметив, что здесь можно будет узнать особенности отражения идентичностей в дизайне и архитектуре российских и зарубежных творцов, он выразил надежду на то, что выставка станет местом дискуссии различных творческих подходов, а не однородным полем единственного направления. В этом он видит основу для развития новой российской архитектуры.

Помимо широкого географического охвата (более сотни проектов из 17 стран мира), Третья московская биеннале могла похвастаться и широтой стилистического кругозора.

Не обошлось на выставке и без «махрового» концептуализма, переходящего в буквализм: конечно, интерьер кафе должен выглядеть именно так!

Привычное для большинства отечественных архитектурных выставок засилье, так называемого, «высокого направления» (дикой смеси авангардного и модернистского), было разбавлено представителями неоклассической архитектурной школы. Видимо, зарождается новый тренд, который сменит уже поднадоевший и приевшийся всем стиль последних десятилетий.

Модернизм мёртв?

 

Глядя на это строение, и правда можно поверить, что модернизм умер. Во всяком случае, тот, который олицетворял собою стремление человека к светлому будущему, к небу, к звёздам. Теперь человек смотрит в себя, может быть вокруг, но не на звёзды, совсем нет…

Старению и последующей смерти модернизма была посвящена экспозиция архитектора Алексея Народицкого, который изучает одиночество самого модного архитектурного направления двухтысячных, которое постепенно угасает. Мечта из стекла и бетона, провозглашённая ещё в семидесятых годах прошлого столетия как архитектура будущего, а именно XXI века, в этом самом веке окончательно изживает себя.

Стандартная многоподъездная четырёхэтажка. Право, стоило ли ехать на Остров Свободы, чтобы увидеть это? Многие города России могут похвастаться такими домами, состояние которых ничуть не лучше.

Современные постройки не вселяют больше того оптимизма, которые излучали здания, воздвигаемые в эпоху строительства коммунизма. В поисках фактуры для своей экспозиции, автор, по его собственным словам, «объехал много мест, но так ничего подходящего и не нашёл, пока не посетил Кубу».

Церкви-скалы

Можно подумать, что эта церковь была построена внутри уже созданной Богом пещеры. Люди только немного обточили её стены, сделав их геометрически более правильными…

Если большинство архитекторов строят здания для людей, то Готфрид Беем создаёт их для Бога. Им было построено семь современных соборов в Германии, которые своими очертаниями больше напоминают природные скалы, а не утончённые творения человека во славу Господа. Хотя, если вспомнить о том, что главное творение Всевышнего — это природа, а не человеческая архитектура, то по-другому и быть не должно.

Место, где живёт Бог, не может быть похоже на обычный дом, и церковь не должна походить на многие тысячи других церквей — каждая должна быть уникальной.

 

Что строят на Севере?

 

Северная архитектура отличается особыми качествами: лаконичность, скромность и простота, функциональность и полезность. На севере строение чаще всего создаётся в помощь человеку, а не для красоты.

Оригинальностью конструкции могут похвастаться не только германские церкви, но и многие мирские здания северных стран Европы, таких как Дания, Норвегия, Эстония и Швеция. Была на выставке и отдельная экспозиция, рассказывающая об идентичности архитектуры этих государств. Географическое положение — влияет ли оно на самосознание и самоощущение архитектора?

Оригинальностью конструкции могут похвастаться не только германские церкви, но и многие мирские здания северных стран Европы, таких как Дания, Норвегия, Эстония и Швеция. Была на выставке и отдельная экспозиция, рассказывающая об идентичности архитектуры этих государств. Географическое положение — влияет ли оно на самосознание и самоощущение архитектора?

 

«Невесомая» архитектура из Японии


Одной из изюмин Третьей биеннале была лекция японского архитектора Кенго Кумы, известного своей большой любовью к дереву, бамбуку и бумаге. Он мастер тонкой, «хрупкой» архитектуры, создавший множество зданий, широко известных во всём мире.

 

Среди проектов Кенго Кумы — правительственный комплекс Венгрии, Марсельский Фонд искусства, мост-музей японского городка Юсухара, Лондонский Музея Виктории и Альберта, а также многие другие знаменитые строения.

 

Неоклассицизм вновь в моде?

 

После пары десятков лет забвения неоклассицизм вновь становится модным. Если на предыдущих выставках увидеть экспозиции такого рода было невозможно, то на Третьей биеннале их было предостаточно.

Отдельно хотелось бы отметить неоклассическое направление отечественной архитектуры. Участие в выставке представителей данного течения столичного зодчества было неожиданностью для постоянных посетителей выставки. Приятной или нет — каждый решил для себя сам; но неоспорим тот факт, что наличие на биеннале экспозиций таких архитекторов, как Максим Атаянц, Михаил Филиппов, Михаил Тумаркин, Михаил Белов, Дмитрий Бархин, говорит о серьёзных изменениях в актуальной московской архитектуре.

Какой она будет, архитектура новой Москвы?

Возможно, что вскоре новые постройки перестанут напоминать творения супрематистов, станут более человечными и художественными. Вернутся колонны и арки, статуи и роскошные лестницы, лепнина и сводчатые подъезды — всё это очень даже органично используется в строительстве многоквартирных домов Европы, и никто не жалуется. Наоборот, жить в них более приятно, чем в холодных и равнодушных к людям творениях модернистов.

 

 


 



Share and Enjoy:
  • Print
  • Digg
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Facebook
  • Yahoo! Buzz
  • Twitter
  • Google Bookmarks